В этот день
Традиции казачества
Календарь казачества
Январь, 2018
ПнВтСрЧтПтСбВс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
    

Николай Иванович Кузнецов. Разведчик от Бога

фотография:
Николай Иванович Кузнецов. Разведчик от Бога

Герой Советского Союза Николай Иванович Кузнецов стал легендой.

Родился он 27 июля 1911 г. в деревне Зырянка Камышловского уезда Пермской губернии (сейчас — село в Талицком районе Свердловской области). Отец — Иван Павлович Кузнецов был в деревне приметным человеком. Семь лет отслужил в столичном гренадерском полку. За добросовестную службу и меткую стрельбу пожалован был серебряным рублем, часами и голубой кружкой с портретами царя. Мать — Анна Петровна простая крестьянка, по отзывам односельчан, имела доброе сердце и золотые руки. В семье было четверо детей: Агафья, Лидия, Николай и Виктор.

В 1926 году Николай Кузнецов получил свидетельство об окончании семилетки, и на семейном совете решено было — учиться дальше. Юноша отправляется в Тюмень и поступает в техникум на агрономическое отделение. Зимой того же года его принимают кандидатом в члены ВЛКСМ.

Вскоре отец скончался от скоротечной чахотки и за старшего в семье остался Николай. Он хотел бросить учебу, но домашние отговорили. Между тем назревали большие события — наступил «год великого перелома». К коллективизации уральской деревни привлекли и комсомольцев Талицкого лесного техникума. Лучшей агитацией за колхоз Николай посчитал личный пример. В мае 1929 г. семья Кузнецовых вступает в коммуну «Красный пахарь» и передает в общее пользование весь сельскохозяйственный инвентарь, скот, надворные постройки.

Тем не менее «год перелома» надломил и судьбу Николая: неожиданно исключили из комсомола как «антисоветского элемента» (отчаянным характером отличался парень) и по настоянию бюро ячейки его отчислили из техникума. Добивался справедливости, но безуспешно. Проработав несколько месяцев дома, в коммуне, Николай отправился в Кудымкар — столицу Коми-Пермяцкого национального округа. Устроился в местном земельном управлении. Через два года он был восстановлен в комсомоле. А вскоре и женился на Елене Чугаевой. Семья просуществовала недолго.

В 1933 г. умирает мать Анна Петровна. В середине следующего года Николай перебирается в Свердловск. Поступает на знаменитый Уралмаш, который стал для него настоящей профессиональной и жизненной школой. Там Николай получил возможность и практиковаться в немецком языке, поскольку на заводе в то время работало немало иностранных инженеров и мастеров, особенно — из Германии. В общении с немецкими специалистами Кузнецов не только совершенствовал языковые навыки, но и стремился перенять знания, манеры поведения, обычаи. Его успехи, наверное, и определили судьбу будущего разведчика. Тогдашние службы безопасности предложили Николаю работать в негласном штате ОГПУ, и он дал согласие. «Кулик» — было первым его кодовым псевдонимом, вторым — «Ученый». В январе 1936 г. Кузнецов уволился с работы и стал выполнять задания органов государственной безопасности в качестве спецагента под псевдонимом «Колонист».

Страна вступила в трудную полосу, вошедшую в историю под названием «ежовщина». Волна репрессий не обошла стороной и Николая Кузнецова. Он тоже был арестован. Молодой человек действительно допустил ошибки по неопытности и горячности, которые признал и о которых сожалел. Никакого умысла в его действиях не было и в помине. В подвалах внутренней тюрьмы Свердловского управления НКВД Кузнецов провел несколько месяцев. К счастью, нашлись люди, которые сумели его освободить. И тут Николаю вновь повезло — судьба свела его с наркомом НКВД Коми АССР Михаилом Ивановичем Журавлевым. Он способствовал переводу Кузнецова в Центр, где тот произвел наилучшее впечатление.

Николай Иванович разговаривал на немецком языке на семи наречиях, знал коми-пермяцкий язык. В НКВД для Кузнецова придумали убедительную легенду, рассчитанную на немецкий контингент. Русского, уральца Кузнецова превратили в этнического немца Рудольфа Шмидта.

Рудольф Шмидт работал инженером-испытателем на авиационном заводе на Хорошевском шоссе. Завязывались знакомства, особенно с приезжающими в СССР немцами. Однажды в театре Шмидт познакомился с одним из членов делегации из Германии, а тот в свою очередь познакомил с женщиной — сотрудницей германского посольства. Завязался роман. Советская разведка стала получать информацию. Благодаря Шмидту удалось завербовать в 30-х годах советника миссии Словакии Крно, по совместительству разведчика. Позже при участии Кузнецова были добыты документы у немецкого военно-морского атташе Норберта Вильгельма фон Баумбаха. Николай Иванович участвовал и в операциях по перехвату немецкой дипломатической почты.

В 1941 г. Кузнецов выехал в Западную Украину, в г. Черновцы. Установил контакт с давно законсервированным немецким разведчиком Кестнером, вручил ему документы, а взамен получил чемодан с валютой и драгоценностями, который привез в Москву. Благодаря разработанной советской контрразведкой операции, удалось задержать матерого немецкого разведчика.

Вскоре началась Великая Отечественная война, и инженер Шмидт остался не дешифрован немецкой разведкой. Рудольфу Шмидту предстояло исчезнуть, чтобы уступить место Паулю Зиберту. Зачисление Кузнецова в состав опергруппы «Победители» под командованием капитана госбезопасности Д.Н. Медведева было произведено по приказу первого заместителя наркома НКВД СССР В.Н. Меркулова. Опергруппе Медведева предстояло действовать вблизи г. Ровно — важного административного центра оккупированной Украины. «Колонист» должен был работать в среде захватчиков, причем в форме и с документами офицера немецкой армии. О его роли в опергруппе не должен был знать никто, кроме тех разведчиков, которые соприкасались с ним. В целях конспирации он был внесен в списки бойцов отряда под собственным именем, но вымышленным отчеством и фамилией. Для всех он был Николай Васильевич Грачев.

Последующие месяцы в жизни Кузнецова были заполнены напряженным трудом. Учебным классом стала его собственная квартира. Основными наставниками в эти дни стали лейтенант госбезопасности С.Л. Окунь и сержант госбезопасности Ф.И. Бакин. Тщательно изучал Кузнецов структуру и методы работы гитлеровских спецслужб. От этого в значительной мере зависел не только успех его деятельности в стане врага, но и сама жизнь. Разведчик должен был знать очень многое, вплоть до содержания книг, написанных уже в гитлеровские времена, кинофильмов, имена актеров, о спортивных событиях… Провал мог случиться из-за любой ерунды. Для лучшего ознакомления с бытом и нравами вермахта было решено послать Кузнецова на своеобразную стажировку к немецким военнопленным в Подмосковье. В специфической среде военнопленных Кузнецов прижился легко, никто его ни в чем так до конца и не заподозрил, хотя он держался с предельной осторожностью.

Для Николая Ивановича была разработана специальная легенда, подобрана должность чрезвычайного уполномоченного хозяйственного командования по использованию материальных ресурсов оккупированных областей СССР в интересах вермахта. Это было отличное прикрытие для советского разведчика. Пауль Зиберт не был прикреплен ни к какому конкретному немецкому учреждению в Ровно, но имел основания для появления в любом месте.

26 августа 1942 г. самолет по специальному заданию НКВД вылетел за линию фронта. В составе группы из 11 парашютистов находился Николай Иванович Кузнецов. Его ждал только командир отряда «Победители» Д.Н. Медведев. 19 октября 1942 г. Кузнецов отправился первый раз в Ровно. Главное в задании — походить в форме, привыкнуть к ней, наметить план вживания и вернуться. Для него снарядили бричку, в качестве кучера и проводника поехал Владимир Струтинский, который хорошо знал дорогу до города и сам Ровно. Кроме него в городе Кузнецова охраняли Николай Приходько и Поликарп Вознюк. После возвращения из города Кузнецов доложил Д.Н. Медведеву о том, что видел. В образ обер-лейтенанта были внесены некоторые уточнения.

Довольно скоро Вильгельм Зиберт обзавелся широким кругом приятелей во многих звеньях военного и чиновничьего аппарата Ровно, в том числе в таких ключевых звеньях, как Рейхскомиссариат «Украина», некоторых штабах и даже в отделах германских спецслужб. Особенно ценил Зиберт знакомство с комендантом фельд-жандармерии майором Ришардом. В отличие от других кадровых офицеров, этот оказался падким на даровое угощение, к тому же Зиберт иногда «проигрывал» ему в карты. Умело подогреваемый Зибертом, майор сообщал ему о намечаемых в городе облавах. Давал пропуска и пароли для ночного хождения. Эти сведения помогали обеспечивать безопасность разведчиков и связных. Благодаря Ришарду Зиберт раздобыл ценный документ — служебный перечень телефонов.

Источники информации Зиберта порой бывали самыми неожиданными… Обер-лейтенант покупал свежие продукты в маленькой лавочке, принадлежавшей некоему пану Померанскому. Проникнувшись доверием к постоянному покупателю, лавочник проболтался, что разрешение на торговлю ему выдал с выделением помещения руководитель одного из отделов СД доктор Йоргенс за то, что тот стал его секретным осведомителем. Он похвастался, что в 1941 г. по его доносам немцы провели несколько успешных операций против местных партизан. К хозяину лавки частенько заходил его приятель, также информатор СД Янковский, который рассказал Зиберту, что в партизанских отрядах Волыни действует немецкий агент Васильчевский, сумевший втереться в доверие к некоторым командирам. Со временем он стал связным между партизанами и городскими подпольщиками. Таким образом ему удалось провалить многих патриотов или же поставить их работу под контроль оккупантов. Янковский описал внешность этого агента. Информацию Кузнецова командование передало в Москву, а Центр предупредил штабы отрядов об опасном провокаторе.

Но главным, конечно, в эти дни был сбор информации военного характера. Помимо Николая Ивановича ее добывали партизаны Шевчук, Гнидюк, Приходько, Довгер, многие другие. Сравнительно небольшой город и установленный в нем режим безопасности исключали для «Колониста» возможность пользоваться рацией. Ее работа была бы быстро засечена. Поэтому Кузнецов, как и другие разведчики, собранную информацию должны были доставлять в отряд лично, либо передавать через связных. Разведчики и связные прямо в отряд не шли. Их путь завершался к примеру на «зеленом маяке» близ села Оржева, в четырех километрах от станции Клевань. Удобным маяком был хутор Вацлава Жигадло. Когда на маяке появлялся Кузнецов, то его охраняли не только там, но и на всем пути до лагеря и обратно. Первое время Кузнецов добирался лошадьми. Но вскоре в его распоряжении появились машины и мотоциклы. Все они были похищены разведчиками, перекрашены и снабжены новыми номерными знаками.

Еще до вылета в тыл врага, отряду Д.Н. Медведева было дано задание уничтожить рейхскомиссара Украины Коха. Собирая информацию о нахождении Коха, его передвижениях по Украине, регулярных поездках в Кенигсберг, партизанский штаб, попутно решал еще одну задачу: установление полевой ставки Гитлера. После внимательного анализа обстановки Медведев пришел к выводу о необходимости ограничить круг поисков тремя географическими пунктами: Ровно, Луцк, Винница. Первые два пункта быстро отпали, оставалась Винница. К тому же поступила информация, что летом 1942 г. немцы вели под Винницей какое-то большое строительство и туда выезжал на несколько дней рейхскомиссар Кох — вызвать его мог только сам фюрер. Так зародилась идея захватить «языка» с помощью подвижной засады или, как образно назвал ее Кузнецов, «охоты на индюков». Зимой 1942--1943 гг. было проведено несколько подвижных засад под руководством Кузнецова. И одна такая подвижная застава увенчалась успехом. Были захвачены подполковник Райе и обер-лейтенант Плант, а также топографическая карта. С помощью этой карты и обнаружено местонахождение ставки Гитлера под Винницей.

Подходы к Коху, по расчетам командира отряда Д.Н. Медведева, надо искать оперативным путем. И подходы были найдены. Обер-лейтенант Зиберт познакомился с дрессировщиком собак рейхскомиссара Коха обер-ефрейтором Шмидтом, позже вышел на офицеров. 31 мая 1943 г. Кузнецову удалось попасть вместе с Валей Довгер на прием к рейхскомиссару Эриху Коху, но осуществить покушение не удалось. Кузнецов тяжело переживал это обстоятельство, корил себя за то, что не догадался разместить взрывное устройство на теле — тогда бы он мог ценой самопожертвования наверняка уничтожить наместника Гитлера. Переживали неудачу и в отряде. Зато Кузнецов из разговора с Кохом узнал, что готовится решающее наступление немцев под Курском. Эту важную информацию сразу же передали в Центр...

В июне 1943 г. с разрешения Центра стали готовить покушение на теоретика нацистской партии, министра по делам оккупированных восточных территорий рейхслейтера Альфреда Розенберга. Осуществить его не удалось, но Зиберт смог выяснить, что приезд Розенберга связан с подготовкой наступления на Восток. Это же подтвердили и другие разведчики.

20 октября 1943 г. Зиберт совершил третье покушение на заместителя Коха в Ровно — технически операция прошла удачно. Кузнецов и Струтинский ушли от преследователей! Ручной гранатой был убит наповал офицер, а Даргель был контужен. Николай Иванович — ранен в плечо осколком разорвавшейся гранаты. Уже в отряде Кузнецову была сделана операция, и вскоре он возвратился в строй. Кузнецов уехал в Ровно, но быстро вернулся озабоченным: оккупанты предприняли ряд мер к укреплению своих спецслужб. Начальником отдела по борьбе с партизанами в местном СД назначен гауптштурмфюрер СС Ханке. В городе проводились массовые обыски и аресты. По приказу Ханке население Ровно подверглось регистрации.

15 ноября 1943 г. Кузнецов, вместе с Каминским, Струтинским, Стефаньским разоружив охрану, осуществил похищение вместе с документами генерал-майора Ильгена, который командовал «Восточными войсками», похители прямо из дома средь бела дня. А на следующий день Николай Иванович вместе с помощниками Яном Каминским и Николаем Струтинским застрелил в Ровно в здании суда президента верховного суда на Украине Альфреда Функа. И в этот раз удалось скрыться на автомобиле.

К новому году фронт приблизился к Ровно. Выполняя приказ Центра, развечики и отряд в целом должны были уходить дальше на запад. Их направляли во Львов. 15 января 1944 г. Кузнецов, Каминский и Белов распрощались с товарищами, выехали во Львов через Луцк и, конечно же, не обошлось без боевых приключений. Февральским утром при выходе из дома вице-губернатора Галиции Отто Бауэр и его президиал-шеф доктор Гейнрих Шнайдер оказались под прицельным огнем разведчиков. После их уничтожения Кузнецову, Каминскому и Белову оставаться во Львове было опасно. Николай Иванович не сомневался, что по следам неизвестного офицера и его спутников, убивших вице-губернатора и начальника канцелярии, будут брошены все силы. Во Львове до 9 февраля шли повальные облавы и обыски. Но Зиберт и его спутники через три дня покинули город. Единственная попытка задержать гауптмана Зиберта произошла 12 февраля возле шлагбаума у села Куровицы. Здесь майор-фельджандарм Кантер потребовал у Кузнецова разрешение на выезд. И так как его не было, Николай Иванович вынужден был прервать разговор пистолетом. Вслед разведчикам загремели автоматные очереди. Никто не пострадал, но задние колеса машины оказались пробиты. Разведчики ушли в лес. В этот день завершилась «карьера» гауптмана Пауля Зиберта.

Несколько дней разведчики бродили по лесам в слабой надежде встретить кого-либо из своего отряда или местных партизан. В конце концов они набрели на маленький отряд, еврейскую группу самообороны под командованием Оиле Баума. Жили они в двух землянках, вырытых в лесном овраге. Здесь разведчики отдыхали два дня. Кузнецов попросил помочь в переходе фронта. Партизаны снабдили Кузнецова картами и дали проводника, который мог вывести разведчиков к линии фронта. На этом следы Кузнецова обрываются...

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 ноября 1944 г. Николаю Ивановичу Кузнецову было присвоено звание Героя Советского Союза. На родине героя, в г. Талица Свердловской области, установлен памятник. О героизме Н. И. Кузнецова написано много книг, снят художественный фильм «Сильные духом». В Центральном музее Вооруженных Сил хранятся документы, фотографии и личные вещи Кузнецова, которые свидетельствуют о героической жизни разведчика. Благодарная Россия помнит своего беззаветно храброго защитника.

Дмитрий ЕВДОКИМОВ

(научный сотрудник Центрального музея Вооруженных сил РФ)

Тип статьи:
Авторская
338

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!