В этот день
Традиции казачества
Календарь казачества

Горячий Дон (ч.1)

фотография:
Горячий Дон (ч.1)

Горячий Дон ч.1

На фоне происходящих ныне событий, войны на Донбассе, возрос интерес к казачеству. Множество мифов, легенд и небылиц связано с этим, некогда существовавшим на русской земле сословием. Социалистическое строительство решительно изменило облик России в начале двадцатого столетия, изменилось и казачество. Оно перестало быть военизированным, перестало нести воинскую повинность всю свою жизнь, как и другие перестало быть собственником, подчиняясь воле времени и народа, стремительно понеслось в светлое коммунистическое будущее, индустриализацию, электрификацию, космос.

Этому предшествовала Гражданская война. Кровавая и беспощадная. Кто был прав, кто виноват — поди знай! Оставим своё мнение при себе и погрузимся во времена «до», «во время» и «после» той войны.

Начнём с Ф.Крюкова — русского писателя, казака, участника Белого движения.

(Дабы не утруждать читателя излишним чтением, будем выкладывать его произведения, по большему рассказы и статьи, частями.)


Федор Крюков.

Речь на заседании Первой Государственной Думы

Государственная Дума: Стенографические отчеты. — 1906. — Т. II. — С. 1311-1316.

«Господа народные представители. Тысячи казачьих семей и десятки тысяч детей казацких ждут от Государственной Думы решения вопроса об их отцах и кормильцах, не считаясь с тем, что компетенция нашего юного парламента в военных вопросах поставлена в самые тесные рамки. Уже два года как казаки второй и третьей очереди оторваны от родного угла, от родных семей и, под видом исполнения воинского долга, несут ярмо такой службы, которая покрыла позором все казачество. История не раз являла нам глубоко трагические зрелища. Не раз полуголодные, темные, беспросветные толпы, предводимые толпой фарисеев и первосвященников, кричали: «Распни Его!»… — и верили, что делают дело истинно патриотическое; не раз толпы народа, несчастного, задавленного нищетой, любовались яркими кострами, на которых пылали мученики за его блага, и, в святой простоте, подкладывали вязанки дров под эти костры или, предводимые правительственными агентами, на наших глазах обливали керосином и поджигали общественные здания, в которых находились люди, неугодные правительству. Скорбь и ужас охватывают сердце при виде таких трагических зрелищ, невольно вспоминается грозный символ Евангелия: «Жернов на шею совратителя этой темноты». Но еще более трагическое зрелище, на мой взгляд, представляется, когда те люди, которые, хорошо сознавая, что дело, вмененное им в обязанность, если страшное, позорное дело, все-таки должны делать его, должны потому, что существует целый кодекс, вменяющий им в святую обязанность повиновение без рассуждения. Прежде всего, подчинение, слепое подчинение, которое признается исполнением служебного долга, верностью данной присяге. В таком положении находятся люди военной профессии, в таком положении находятся и казаки. Главные основы того строя, на которых покоится власть нынешнего командующего класса над массами, заключаются в этой системе безусловного повиновения, безусловного подчинения, безусловного нерассуждения, освященного к тому же религиозными актами. Молодые люди, оторванные от родных мест, от родных семей, прежде всего,

обязываются присягой, религиозной клятвой, главное содержание которой, по-видимому, заключается в том, чтобы защищать отечество до последней капли крови и служить Государю, как выразителю идеи высшей справедливости и могущества этого отечества. Но затем идет особый гипнотический процесс, который подменяет это содержание другим — слепым, механически-рефлекторным подчинением приставленным начальникам. Особая казарменная атмосфера с ее беспощадной муштровкой, убивающей живую душу, с ее жестокими наказаниями, с ее изолированностью, с ее обычным развращением, замаскированным подкупом, водкой и особыми песнями, залихватски-хвастливыми или циничными, — все это приспособлено к тому, чтобы постепенно, пожалуй, незаметно, людей простых, открытых, людей труда обратить в живые машины, часто бессмысленно жестокие, искусственно озверенные машины. И, в силу своей бессознательности, эти живые машины, как показал недавно опыт, представляют не вполне надежную защиту против серьезного внешнего врага, но страшное орудие порабощения и угнетения народа в руках нынешней командующей кучки. Теперь представьте себе, что этот гипнотический процесс обращения человека в машину, в бессознательное орудие порабощения или истребления совершается не в тот сравнительно короткий срок, который требуется на пребывание в казармах, на отбытие воинской повинности, но десятки лет или даже всю жизнь! Какой может получиться результат? Результат такой, какой мы видим в лице современного казачества: казак, и находясь в казармах, и находясь дома, должен прежде всего помнить, что он не человек, в общепринятом высоком смысле слова, а нижний чин, только нижний чин, так называемая «святая серая скотина»».

Для любознательных и нетерпеливых — ссылка: az.lib.ru/k/krjukow_f_d/ )

*продолжение с комментариями следуют*


Тип статьи:
Авторская
508

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!